Памятники Борисоглебского цикла: текстология, поэтика, религиозно-культурный контекст
ISBN: 978-5-91244-205-6
Год: 2017
Объем: 512 с.
Купить
Цена в Издательстве: 550 руб

О книге

В монографии доктора филологических наук, профессора А. М. Ранчина рассматриваются произведения древнерусской книжности, посвященные убиению князей Бориса и Глеба Святополком Окаянным. Автор обращается к спорным и интригующим вопросам истории этих текстов, а также церковного прославления святых. Часть глав посвящена поэтике памятников Борисоглебского цикла — их пространственно-временной организации, символике, функциям библейских цитат — и проблемам достоверности произведений как исторических источников, в том числе ныне модной версии о Ярославе Мудром как убийце одного или обоих братьев.



Читать фрагмент

Происхождение Святополка Окаянного еще с середины позапрошлого столетия является предметом дискуссий среди историков, хотя Повесть временных лет как будто бы называет Святополковым отцом Ярополка, а не Владимира, взявшего себе на ложе Ярополкову жену после убийства ее мужа, а Сказание об убиении Бориса и Глеба сообщает об отцовстве Ярополка уже очевидным образом. И лишь в одном древнерусском памятнике — Чтении о Борисе и Глебе Нестора, также содержащем подробные сведения о «втором Каине», об отцовстве Ярополка ничего не говорится и родителем убийцы Бориса и Глеба назван Владимир. Тем не менее еще С. М. Соловьев посчитал Святополка родным сыном Владимира. Текстологические аргументы в пользу версии о недостоверности известий Повести временных лет о Ярополке и его жене — расстриженной греческой монахи не как о родителях Святополка привел примерно спустя сто лет Н. Н. Ильин. Он заметил, что эти известия, содержащиеся в статьях под 6485 и 6488 гг., являются интерполяциями, нарушающими связность летописного текста. Недавно вставками признал эти сообщения и Л. Мюллер. Л. Мюллер полагал, что древнерусский летописец — автор вставки о Святополке и его отце и матери — смешал русского князя с его польским тезкой княжичем Свентепульком, чьей матерью была, действительно, расстриженная монахиня — дочь маркграфа Тидриха. (Свентепульк и Святополк состояли в свойстве, так как сводный брат Свентепулька Болеслав был тестем русского князя.) Соответственно, Святополк, как рожденный монахиней, нарушившей обет, представал исчадием греха — истоки совершенного Святополком братоубийства обнаруживались будто бы еще в обстоятельствах, связанных с его зачатием и появлением на свет. Однако это смелое предположение недоказуемо. Историк С. М. Михеев убедительно показал, что известие Повести временных лет под 6488 г. о беременности матери Святополка следует понимать скорее как указание на отцовство Владимира, а не Ярополка; в древнерусском оригинале написано: «Володимеръ же залеже жену братьню Грекиню. и бѣ непраздна», это высказывание означает дословно: «Владимир же стал спать с женой брата, гречанкой, и она забеременела»6. Автор же Сказания об убиении Бориса и Глеба понял эту летописную фразу как указание на отцовство Ярополка, а не Владимира, и потому написал, что Владимир взял Ярополкову жену уже беременной Святополком. Автору Сказания «было выгодно обелить Владимира, не признав его отцом окаянного Святополка». Мысль, что происхождение Святополка от Ярополка («от двух отцов» и от матери, нарушившей монашеский обет) — «не более чем агиографический мотив», призванный дискредитировать «второго Каина» и разорвать «порочащую» родственную связь между ним и крестителем Руси, была высказана и польским историком А. Поппэ. Но в противоположность С. М. Михееву А. Поппэ считает житийный текст известия о рождении Святополка от Ярополка первичным по отношению к летописному. И Л. Мюллер, и С. М. Михеев, и А. Поппэ, усмонились также в рождении Святополка гречанкой — бывшей монахиней, предположив, что в действительности ею была «чехиня» — одна из жен Владимира, названных в летописной статье под 6488 г. (в известной нам версии этой статьи «чехине» приписано рождение только одного сына от Владимира — Вышеслава). Остановлюсь сначала на текстологических аргументах сторонников версии об отцовстве Владимира. Известие о жене Ярополка действительно разрывает целостный текст летописной статьи о распре между Святославичами: «И погребоша Ѡльга на мѣстѣ оу города Вручога. и ϵсть могила ϵго и до сего ͠дне оу Вручего. и прия власть ϵго Ярополкъ. оу Ярополка же жена Грекини бѣ. и бѧше была черницею. бѣ бо привелъ ѡ͠ць ϵго С͠тославъ. и вда ю за Ярополка красоты ради лица ея. Слышавъ же Володимъръ в Новѣгородѣ. яко Ярополкъ оуби Ольга. оубоявся бѣжа за море. а Ярополкъ посадники своя посади в Новѣгородѣ. и бѣ володѣя ϵдинь в Руси». Сообщение о гречанке в этом фрагменте явно неуместно.

Рецензии

Рецензий нет

Об авторе

Ранчин Андрей Михайлович
Доктор филологических наук, профессор. Сфера научных интересов:  история древнерусской литературы, компаративистика, творчество Лескова, Л. Н. Толстого, Бродского, Бориса Акунина.

Книги по теме

Новинки

Бестселлеры

Скоро




По алфавиту
А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н
О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги автора